Гр. Гроденский. По Ильменскому заповеднику. М.: Гос. из-во детской литературы, 1951. С.50-54

  Казалось, не было конца богатствам Ильменских гор. Бери сколько хочешь — не оскудеет бездонная кладовая.
  И почти двести лет шла хищническая, бесконтрольная выработка ильменских недр. Сколько людей перебывало тут за это время — партии и одиночки, экспедиции и экскурсии! Каждый копал,
  крошил горную породу, брал образцы, увозил коллекции, а еще больше губил да портил.
  Достаточно было первого слуха о находке в ильменской тайге драгоценных камней, как сотни людей бросились сюда, охваченные «каменной лихорадкой», тем более что незадолго до этого вышел петровский указ о «горной свободе»:
  «Велено дать позволение всякого звания людям искать как цветные камни, так и всякие руды без утеснения обывателей».
  Сам по себе указ был хорош. Государство, которое создавало свои первые заводы, нуждалось в том, чтобы отыскивалось побольше руд и самоцветов, чтобы побольше появлялось людей, заинтересованных в горном деле.
  Но не «всякому званию» под силу была такая работа. Требовались большие деньги и рабочие руки, Только богатые купцы и царские приближенные могли покупать рудные и золотоносные земли.
  Первыми начинали хозяйничать в Ильменских горах купцы и горнозаводчики.
  Без плана и учета, кое-как, наспех велась разработка недр. Лишь бы поскорее да побольше. А чуть беднее становилась порода, бросали участок. Искали новых мест.
  Хозяйничала здесь и царская казна, посылавшая в Ильмены «цветные партии» разыскивать самоцветы и поделочные камни для дворцовых украшений. Слало сюда своих людей и горное управление, пытаясь наладить разработку и добычу полезных ископаемых. Лесное ведомство без разбора выдавало особые билеты горным мастерам, рабочим, местным жителям «на отвал», на повторные переработки и перемывку уже выработанной породы.
  Хозяйничали в Ильменских горах и местные горщики, жители миасских или екатеринбургских (ныне свердловских) окраин. Без всяких билетов и разрешения, тайком, крадучись, ночью с огнем или на рассвете, оберегаясь ружьем, забирались они в ямы, копи, только им известные тайнички, копались в земле, рылись в отвалах, под корнями деревьев. Стальным ножом выковыривали они из твердой породы драгоценные камни и самоцветы. Дочиста выкрадывали некоторые «полочки» ильменской кладовой. Забирали кристаллы редких минералов, дорогих самоцветов, а потом в темных своих хибарках продавали «из-под полы» любителям и знатокам.
  Тащили любой камушек поярче да попестрее. Делали из обломков ильменских минералов домики, столбики, горки и везли в города, продавали на базарах. По всей России пошли эти «горки» и «столбики» из уральских самоцветов. Кое-где до сих пор стоят они на комодах и этажерках.
  Это был хищнический промысел — «хита», как называли его на Урале. Хитники обкрадывали, портили, начисто выбирали многие копи.
  Около Ильмен возникло целое коллекционное дело. Тут в одном месте, никуда не выезжая, можно было собрать самые разнообразные минералы. Такого естественного «магазина» коллекций нигде в другом месте земного шара не было. Коллекции расходились по школам, институтам, музеям, увозились за границу. Промыслом этим занималось немало людей в одиночку и артелями. И никто не заботился о бережном отношении к копям.
  Быстро скудели недра.
  За тридцать лет хищнической работы дочиста выбрали все топазы из Прутовской копи. Сколько потом ни искали там — не нашли.
  Через десять лет после первой находки топазов в Кочевской копи вся она была опустошена. Только на восемь лет хватило драгоценных камней в Блюмовской копи: всё растащили. Хорошо хоть другие редкие минералы не тронули: то ли за драгоценные не посчитали, то ли просто не знали их. А уж потом ученым удалось сохранить богатства копи от расхищения.
  Безжалостно разорялись земные запасы.
  Все, кто хозяйничал тогда в Ильменах — купцы, горнозаводчики, хитники, — больше всего заботились о своем кармане. Они хорошо знали цену редкому самоцвету и совсем не хотели знать, что минералогические богатства Ильменских гор имеют огромное научное значение.
  Кто, кроме ученых, понимал это? Кто мог считаться с этим? Минералы пропадали, исчезали.
  Сто лет назад ученый М. Мельников открыл в Ильменах новый, еще никому не известный минерал. Он назвал его криолитом. «Криос» по-гречески «лед», а «литое» — «камень». Этот минерал и на самом деле напоминает кусочек льда. Даже на зубах он хрустит, как ледяная сосулька. Нигде в другом участке земного шара он не был еще обнаружен, и поэтому его начали быстро растаскивать. Брал его каждый, кому не лень: запрета не было.

Разместил: Chibilov